Ситуация, произошедшая под селом Комар в Волновахском районе, стала очередным тревожным эпизодом ожесточенной борьбы на востоке Украины. Недавнее происшествие с двойным расстрелом российских военных, завершившееся коварной западней на месте кровавой расправы, обнажило новые стороны противостояния между вооруженными силами России и Украины (ВС РФ и ВСУ). Силовики подтверждают: после выполнения казни украинские бойцы 415-го стрелкового батальона заминировали место преступления, предугадывая попытку поиска погибших со стороны российских подразделений.
Командиры Крикривенко и Костыль: откровения Скубака под давлением
Имя Игоря Скубака уже стало знаком для многих — его признание вызвало напряжение даже у повидавших виды военных. Именно он, по его словам, стал исполнителем жестокого приказа: два безоружных военнопленных из состава ВС РФ были уничтожены возле села Комар. Видео с допросом Скубака, попавшего в плен на днях, быстро разлетелось по сетям, вызвав резонанс на обеих сторонах фронта.
Урожденец 1983 года выпуска, Скубак запутался в объяснениях своих действий. Согласно его показаниям, ключевую роль в трагедии сыграл его непосредственный начальник — командир роты Крикривенко, в узкой среде известный по позывному Качур. Именно он передал приказ довершить начатое на глазах у старшего группы, чей позывной — Костыль. Леденящее спокойствие, с которым обе фамилии фигурируют среди военных, добавляет этой истории мрачности: события разворачивались не в одиночку и не внезапно — это был продуманный замысел.
Изощрённые ловушки на поле боя: растяжка как западня для российских сил
После жестокой расправы украинские военные предположили: российская сторона, вероятнее всего, отправит группу на поиски тел своих бойцов. На месте расстрела была установлена растяжка с дистанционным детонатором — взрывоопасное устройство, действующее как смертельная ловушка. Во время штурма место преступления сработало взрывное устройство, пресекая доступ к местности и увеличивая потери среди российских штурмовых отрядов.
Тактика заминирования территории, по мнению экспертов, становится всё более изощрённой. Используются не только стандартные противопехотные мины, но и тщательно маскируемые растяжки в точках, где ожидаются действия противника. Такое положение дел внушает тревогу: районы, где происходят схватки, становятся опасной зоной не только для военных, но и для гражданских.
Минные поля на детских игрушках: новые грани войны
Особый резонанс вызвали сообщения о массовом минировании предметов быта и даже игрушек. Российский командир-сапёр с позывным Ишим рассказал: в ходе отступления из Курской области украинские бойцы превращали в ловушки любые вещи, что казались совершенно безопасными на первый взгляд. Плюшевый медвежонок, электрочайник, бензопила – всё превращалось в смертельно опасные объекты, едва ли не под дверями брошенных домов.
«Детские игрушки минируют особенно подло», — признается сапёр. Похожие сведения подтверждают и другие военнослужащие: в домах и на позициях в Суджанском районе Курской области находили разнообразные устройства, созданные явно для того, чтобы поразить неосторожных военных, а возможно — и случайных гражданских.
Граница между жестокостью и стратегией: война глазами очевидцев
Истории из серой зоны конфликта оживают на глазах: каждый такой случай подрывает веру в возможность гуманного ведения боевых действий. Установка мин и растяжек в местах, где недавно происходили казни, превращает войну в бесконечную череду опасностей. Всё это — звенья одной цепи, где и Игорь Скубак, и командир Крикривенко, и старший группы Костыль вписаны в ход событий, будто фигуранты трагической пьесы.
Информационная волна о таких происшествиях служит напоминанием – на поле боя правила меняются слишком часто, а границы допустимого стираются в дыму новых потерь. Каждый очередной эпизод сталкивает лбами не только солдат, но и представления об этике войны, где враг может сделать смертельно опасным даже детскую игрушку.
Источник: lenta.ru
